«Россия была инициатором выработки правил по ограничению варварских средств ведения войны. Начало этому было положено Брюссельской декларацией, которую предложил Александр II в 1874 г. По инициативе Николая II в 1899 г. была созвана 1 Гаагская мирная конференция, где на основе Брюссельской декларации были выработаны ограничения в отношении законов и обычаев сухопутных войск. Один пункт этой декларации касался военнопленных. На II Гаагской конференции (1907) были внесены изменения и поправки, в частности, дополнявшие пункт о правах и обязанностях военнопленных»
Ионцев В. А. и др. Эмиграция и репатриация в России. М.: изд. Попечительства о нуждах российских репатриантов, 2001. С. 70
Болшевишкият режим коренно променя отношението си военноплениците:
Вместе с тем еще в 20-30-е гг. по мере сгущения атмосферы подозрительности и шпиономании в стране оформилось негативное отношение к пленным. Был выдвинут тезис о том, что военнослужащий РККА, попавший в плен - предатель. Официально провозглашалось, что советский воин в плен не сдается. В Уставе внутренней службы прямо указывалось: Воин обязан до конца выполнить в бою свой воинский долг перед Родиной. Ничто, в том числе и угроза смерти не должна заставить военнослужащего сдаться в плен
* Галицкий В.П. Проблема военнопленных и отношение к ней советского государства // Государство и право. 1990. 4. С. 126.
С точки зрения юриспруденции Советское законодательство и существовавшая практика правосудия имели обвинительный уклон по отношению к военнослужащим, оказавшимся в плену. Так, в УК 1926г. в главу Воинские преступления была введена статья, приравнивавшая ответственность за сдачу в плен к ответственности за шпионаж и дезертирство: Самовольное оставление поля сражения, боя или преднамеренная, не вызывавшаяся боевой обстановкой, сдача в плен или отказ во время боя действовать оружием влекут за собой применение высшей меры социальной защиты
* УК РСФСР 1926 г. М., 1927.
27 июля 1927 г. было принято Положение о воинских преступлениях. Сдача в плен, а равно как и переход на сторону неприятеля влекли расстрел с конфискацией имущества.
* Положение о воинских преступлениях 1927 г. Советское военное уголовное право. М., 1941. С. 38-51.
8 июня 1934 г. ЦИК СССР принял репрессивный закон Об измене Родине, которым в военно-уголовное право был введен так называемый институт объективного влияния, предусматривавший привлечение к ответственности лиц, прямо не виновных в совершении преступления, а именно - членов семей изменника Родины.
* Ивашов Л.Г., Емелин А.С. Нравственные и правовые проблемы плена в отечественной истории // Военно-исторический журнал. 1992. 1. С. 47.
Подробно:
Материалы научных конференций студентов и аспирантов исторического факультета ТГУ. 1998-2001 гг. Малыгина С.А. Советские военнопленные второй мировой войны: первые итоги научного изучения.
http://book-online.com.ua/read.php?book=2543&page=41
..................................
После начала войны, в июне 1941 года, немецкое правительство обратилось к Международному Комитету Красного Креста с намерением договориться об условиях содержания пленных обеих сторон. Списки русских военнопленных передавались советскому правительству до сентября 1941 года, затем эту практику прекратили: советские власти неоднократно отказывались передавать взамен списки немецких военнопленных.
Зимой немцы предприняли еще несколько попыток установить отношения с советскими властями, чтобы договориться о взаимном соблюдении Гаагской и Женевской конвенций, но вновь получили отказ
* 4.См.: Report of the International Committee of the Red Cross on its Activities
during the Second World War (September 1, 1939 — June 30, 1947). — Geneva,
1948,1, pp. 409—415, 417, 419—420.
Тогда в дело вмешался сам Комитет Красного Креста, обратившийся к советским послам в Лондоне и Швеции. Послы что-то нечленораздельно обещали, дело было рассмотрено в Москве, и ответ был дан отрицательный
* См. там же, pp. 420—421..
Тем временем союзники Германии -- Италия, Румыния и Финляндия,-- также отчаявшись придти к какому-либо взаимному соглашению с СССР, решили в одностороннем порядке применять условия конвенций к русским военнопленным, захваченным их армиями. Но и этот великодушный жест не возымел действия
* См. там же, pp. 415—416, 418—419..
Финны в особенности были озабочены ужасным состоянием 47 тысяч русских военнопленных, находящихся в их руках, и с благодарностью принимали великодушную помощь Красного Креста, хотя советская сторона не разрешила оказать аналогичную помощь финнам, находящимся в плену в СССР
* См. там же, pp. 421—422, III, pp. 56—60.
Не удивительно, что немецкое правительство ужесточило обращение с русскими военнопленными
* См. там же, I, pp. 424—425.,
а те круги, которые противились дурному обращению с пленными, утратили свое потенциальное влияние. Кроме того, русских в немецком плену было намного больше, чем немцев -- в советском. Почти две трети всех русских военнопленных попали в руки немцев в 1941 году.
Гитлер лично настаивал на том, чтобы Красный Крест инспектировал лагеря.
Сталин же, когда к нему обратились с предложением разрешить переписку и посылки для военнопленных, ответил:
"Русских в плену нет. Русский солдат сражается до конца. Если он выбирает плен, он автоматически перестает быть русским. Мы не заинтересованы в установлении почтовой службы для одних немцев"
* Gerald Reitlinger. The House Built on Sand. — London, 1960, pp. 90, 100—101
Этот ответ решил исход дела. Отныне "гитлеровская пропаганда широко использовала то обстоятельство, что Советский Союз не подписал Женевскую конвенцию 1929 года и, следовательно, наверняка не будет обращаться с немецкими военнопленными соответственно ее условиям".
Наконец, 29 мая 1942 года Молотов решительно отверг предложение Государственного департамента США подписать Конвенцию или соблюдать ее условия
* См.: H. KrauSnick, H. Buchheim, M. Broszat, H-A. Jacobsen. Anatomy of the SS
State. — London, 1968, p. 515.
Советский Союз никогда больше не поднимал этого вопроса , несмотря на неоднократные требования Красного Креста, держав Оси и союзных государств придерживаться Конвенции.
Во всяком случае можно обратиться к Большой Советской энциклопедии, где сказано: "В отношении... правил военного плена правительство СССР не считает себя связанным какими бы то ни было международными соглашениями" (БСЭ, 1-е изд., т. 12, 1928, с. 286). См. также: Hermann Raschhofer. Political Assassination: The Legal Background of the Oberlânder and Stashinsky Cases.— Tubingen, 1964, p. 101.
После первой мировой войны, например, были опубликованы сведения о потерях , но Наркомат обороны СССР в 1945 г. НАРУШИЛ нравственную традицию цивилизованных народов, требовавшую опубликования поименных списков погибших и плененных по меньшей мере после окончания войны.
http://militera.lib.ru/research/mertsalovs/01.html
